Воскресная школа Цесаревича Алексия
13 мая 2013 года. Председатель совета стариков братской Общины казаков Санкт-Петербурга и Ленинградской области Быков Василий Николаевич предоставил информацию о жизни казаков зарубежья в эмиграции
Казачье зарубежье в послевоенное время
Часть 1.
 

В мае 1945 года, сразу же после окончания Второй мировой войны, в Европе развернулась массовая репатриация в СССР военнопленных и гражданских лиц, бывших советских подданных, продолжавшаяся до 1 января 1952 года. По некоторым данным, к началу 1950-х годов союзниками по Антигитлеровской коалиции в СССР было насильственно возвращено около 4,5 миллионов человек. В силу особенной активности проведения акций по репатриации бывших советских граждан или, как это случалось, заодно и «лиц без гражданства», владельцев так называемых «нансеновских» паспортов, к 1 января 1952 года за границей осталось всего 10% от общего числа Находившихся в лагерях беженцев, то есть около 450 тыс. человек. Как пишет в своем исследовании О. Г. Гончаренко: — «Судьбы многих репатриантов на поверку оказались куда как более трагичными, чем они могли представить себе даже в самых худших ожиданиях. Те из бывших эмигрантов, кто избежал расстрела после осуждения за государственные, воинские и иные преступления, направлялись после установления степени их „вины“ в «штурмовые батальоны», в ссылку, на высылку или в «спецпоселения». В лучшем случае они работали в рабочих батальонах Наркомата обороны СССР или Наркомата внутренних дел СССР, привлекались к принудительному труду с ограничением свободы, прикреплялись к предприятиям с особо тяжелыми условиями труда, подвергались всяким иным лишениям или ограничениям гражданских прав и свобод» [1].

 

Многие английские и американские военные, в том числе и высшие чины, например Александер, Монтгомери, и Эйзенхауэр, пытались прекратить репатриации. Но они не смогли противостоять давлению своих правительств [2].

 

Главное, почему советская сторона настаивала на выдачах – не допустить укрепления эмиграции свежими силами и не выпускать в западный мир миллионы свидетелей своих преступлений. Лишь небольшой части бывших советских граждан удалось стать Второй волной российской эмиграции, которая составила от 450 тысяч до 620 тысяч человек включая беженцев с русского Китая осевших там после Гражданской войны [3].

 

Когда в конце 1955 года в СССР впервые прибыл с визитом канцлер ФРГ К. Аденауэр, одной из целей его визита было добиться освобождения бывших солдат и офицеров вермахта, все еще продолживших находиться после окончания советско-германской войны в советских лагерях. Одновременно был поднят и вопрос об освобождении казаков, сражавшихся в 1941-1945 годах против Сталинского режима: среди тех, кто был выдан англичанами после войны в Советский Союз, было немало так называемых «старых эмигрантов»- либо не имевших никакого гражданства, либо граждан европейских государств. Тем более, что у некоторых из них к этому времени уже истекали их сроки заключения, определенные изначально советским судом. Из 1430 казаков-эмигрантов, переданных только в австрийском городке Юденбург советским властям, по объявленной в 1955 году амнистии за границу смогли выехать всего 70 человек. Остальные к этому времени погибли в тюрьмах и лагерях [1].

 

Однако идиллия между союзниками продлилась не долго. С марта 1946 года в мире наступило резкое обострение международной обстановки, началась «Холодная война», что тоже отрицательно сказалось на темпах репатриации и судьбах репатриируемых русских людей. Бывшие союзники окончательно перестали оказывать какое-либо содействие СССР в репатриации советских граждан, зато чинили всякого рода препятствия с точки зрениях их советских партнеров. Одним из ярких тому показателей является отказ английского военного командования в лице генерала Г. Александера (в свое время бывший английским офицером связи при штабе командующего Добровольческой Армии генерала Деникина) на выдачу чинов Русского Корпуса находившегося в английской зоне оккупации в районе города Клайн-Сант-Файт.

Командиром Русского корпуса, потомственным терским казаком, полковником А. И. Рогожиным (командир Корпуса с 30 апреля 1945 года) был направлен Английскому командованию меморандум, в котором объяснялось, что чины Корпуса являются Белыми воинами в прошлом чинами армии генерала Врангеля и их детьми, политическими противниками большевиков, использовавшими представившуюся возможность продолжения борьбы с ними. Этот меморандум генерал Александер со своей рекомендацией направил в Лондон, и после получения одобрения Русскому корпусу было возвращено 10% винтовок и револьверов для несения караульной службы[4].

 

Командующий Русским Корпусом полковник А. И. Рогожин в письме от 3 августа 1945 года сообщал в лагерь Кемптен Кубанскому Войсковому Атаману В. Г. Науменко: « (1-й Казачий) полк (генерала) Морозова со мной. Люди в полном порядке и, имея опыт прошлой эмиграции, быстро приспособились к местной обстановке. Дальнейшая наша судьба совершенно неизвестна, мы военнопленные и ждем решения своей участи» [5].

 

Казаки, как и все чины Корпуса, жили организованно в лагере, но не за проволокой, без всякой охраны. Получали положенный паек, очень скудный; частично работали небольшими группами в виде воинских команд под начальством своих офицеров, главным образом у крестьян в районе Клагенфурт-Грац без всякой оплаты.

 

В начале июля Корпус поступил в ведение английского Управления по демобилизации. В конце июля от английского командования был получен приказ о создании рабочих рот для восстановления австрийской экономики. Созданные в течение августа и сентября 26 рот по отдельным рабочим и техническим специальностям были направлены на предприятия Коринтии и Штайермарка.

 

«В конце сентября, – пишет в своих воспоминаниях поручик В. В. Гранитов, — стало известно о решении английского командования 1 ноября 1945 года демобилизовать чинов Корпуса, продолжавших оставаться в районе города Клайн-Сант-Файт, и перевести их как гражданских лиц в один из строящихся лагерей для беженцев. Рабочие роты временно задерживались на прежнем положении и были демобилизованы лишь три месяца спустя 1 февраля 1946 года» [4].

 

В преддверии демобилизации и последующего разъезда чинов Корпуса по указанию полковника А. И. Рогожина было разработано «Временное положение о Союзе бывших чинов Русского Корпуса» и учрежден нагрудный знак.

 

В последних числах октября началась переброска остатков Русского Корпуса из района Клайн-Сант-Файт в еще не полностью законченный лагерь Келлерберг. Этот лагерь был выбран полковником Анатолием Ивановичем Рогожиным как наиболее удаленный от границы советской зоны оккупации. После переселения корпускников поздней осенью 1945 года в лагерь Келлерберг, генерал Науменко отмечает в своем дневнике: «Во главе стоит Анатолий Иванович Рогожин, который для большевиков, что бельмо на глазу. Не так давно вновь было их требование по радио о выдаче его. По-видимому, результатом этого был арест его англичанами. Было опасение, что его выдадут большевикам, но через три дня его освободили» [5].

 

В это время многочисленные союзные комиссии, в которые входили советские генералы и офицеры, одолевали «Белый русский лагерь», тщетно надеясь, что казаки «одумаются» и станут просить о возвращении на Родину. Не дождались.

 

Как записал впоследствии поручик Гранитов: — «1-го ноября всем нам были выданы „ентлассунгшайны“ (свидетельство о демобилизации)»[4]. Таким образом, из всей массы военнопленных, находившихся в руках англичан в Австрии, Русский Корпус оказался единственным выпущенным из плена.

 

В этот же день 1 ноября 1945 года полковником Рогожиным был отдан последний приказ по Корпусу, который был напечатан в первом номере информационного листка «Наши Вести», который со временем превратился в журнал ставший рупором Белой эмиграции. Первый параграф отданного полковником Рогожиным приказа говорил о роспуске Русского Корпуса как воинской части, а второй утверждал создание Союза бывших чинов Русского Корпуса (СЧРК).

 

Первоначально Союз состоял из полковых объединений, и все они находились в Келлерберге, но по мере расселения и образования все новых и новых Отделов, они стали определяться по географическим признакам мест их нахождения. Так полковые объединения утеряли свое значение и постепенно сошли на нет. Первым местным Отделом был созданный в 1948 году в Аргентине – Аргентин-Союз Святого Александра Невского, а последним – Отдел в Сан-Франциско в 1959 году. К этому времени Союз чинов Русского Корпуса насчитывал 14 отделов в США, 4 в Южной Америке, 2 в Австралии, 1 в Африке (Марокко) и 1 в Англии – всего 22 отдела. К началу 60-х годов численность Союза составляла около полутора тысяч членов [4].

 

Деятельность Союза и Отделов развивалась в двух направлениях: материальной – взаимопомощь при устройстве на новых местах и сбор средств для помощи нуждающимся соратникам, и идеологической – сохранение Белой идеологии и непримиримости к советской власти. Для разрешения первой задачи. Союзом был создан благотворительный Фонд Святого Александра Невского, для непосредственной помощи нуждающимся соратникам и облегчения похоронных расходов семьям в случае смерти соратника. Так же был создан благотворительный фонд имени полковника Ивановского в Сан-Франциском Отделе – для оказания помощи нуждающимся соратникам в различных странах.

 

В 1961 году Аргентине чинами Корпуса был приобретен собственный Дом получивший название в честь небесного покровителя Союза Святого Александра Невского, давший возможность многим малоимущим соратникам получить дешевые комнаты. При Корпусном доме, по инициативе А. Ю. Янушевского, был создан «околоток» — амбулатория, в которой бывшие военврачи Ф. Ф. Щербитский и Д. Е. Поляков, при содействии сестры милосердия И. С. Янушевской, обслуживали русских эмигрантов, проживающих как в доме, так и в его окрестностях. В 90-х годах этот околоток обслуживался представителем Толстовского Фонда, сыном белоэмигранта, доктором П. Г. Лукиным [6].

 

Отделом в Бразилии на кладбище Сан-Пауло был создан склеп-некрополь для обеспечения достойных похорон скончавшихся соратников. В Ново-Дивееве   (штат Нью-Йорк) была построена часовня Святого Александра Невского в память о корпусе.

 

Выполнение второй задачи легло на печатные органы Союза, в первую очередь на журнал «Наши Вести», выходившие первоначально под редакцией есаула Вертепова, а с 1976 года под редакцией хорунжего Н. Н. Протопопова (с 1981 года атаман Терского казачьего войска). Управлением Союза также издавался информационный листок – «Корпусник», а в Аргентинском Отделе журнал «Под Белым Крестом».

6 апреля 1972 года скончался последний командир Корпуса, создатель и первый председатель Союза, полковник Рогожин. До 1986 году председательствовал в Союзе полковник А. М. Лекторский. Деятельность Союза чинов Русского корпуса практически прекратилась в 1999 году, когда скончался его последний председатель — поручик В. В. Гранитов.

 

Чины Русского Корпуса были не единственными, кого минула участь быть репатриантами. Так, после окончания Второй мировой войны в западных зонах оккупации Германии оказались сумевшие избежать депортации в СССР многие тысячи казаков. Наибольшая их концентрация в первые послевоенные годы была в Баварии, где в районе города Мюнхена находился один из самых крупных лагерей беженцев Шляйсгайм. Шляйсгайм был крупнейшим лагерем перемещенных лиц в послевоенной Германии. Понятие «Шляйсгайм» фактически вместило в себя два лагеря, Большой Шляйсгайм и Малый Шляйсгайм. Малый лагерь был расформирован в 1950 году, и оставшиеся жители лагеря переехали в Большой Шляйсгайм. Шляйсгайм жил очень насыщенной русской жизнью во всех отношениях этого слова: церковной, политической, культурной, скаутской и прочей. Лагерь давал возможность тем, кто решил не возвращаться в СССР или продолжать жить в эмиграции, оставаться русскими православными людьми 

8 августа 1947 года в этом лагере казаками была учреждена Общеказачья станица, атаманом ее стал – донской казак, полковник С. В. Болдырев [7]. 

В том же 1947 году в Мюнхене был создан Общеказачий Центральный комитет Взаимопомощи, при нем в качестве секции учрежден Союз казачьих писателей и журналистов.

 

В начале 1948 года группой известных ранее на Дону, а затем в зарубежье общественных деятелей, донских казаков В. А. Харламовым, М. А. Горчуковым, Н. Е. Парамоновым и П. Н. Донсковым, находившимися в лагере Шляйсгайм, было объявлено о создании Донского войскового правительства.

 

4 апреля 1948 года на съезде казаков в том же лагере был учрежден «Казачий союз» в западных зонах оккупации Германии, избранно его правление и председатель – В. А. Харламов.

 

В конце 40-х – начале 50-х годов в ряде городов Германии находившихся в Западной зоне оккупации возникли самостоятельные казачьи объединения:

В Гармыше – донской хутор атамана Г. Коновалова;

В Дармштате – донской хутор Г. Григорьева;

В Карлеруе – казачья станица И. Гончарова;

В Констанце – казачья станица И. Орлова;

В Лансгуте – казачья станица Н. Говорухина и Н. Доманина;

В Людвигсфельде – донской хутор Д. Харебина;

В Мюнхене – Донская центральная станица есаула Г. Тильева;

В Нюрнберге – донская станица П. Помозкова;

В Розенхейме – казачья станица атамана С. Дзюба;

В Ульме – донской хутор С. Макарова;

В Франкфурте – казачья станица Я. Янушкина;

В Хершинге – донской хутор С. Сорокина;

В Шлоскалине – донской хутор М. Дамбинова и П. Васильева;

В Штутгарте –общеказачья станица В. Попова.

 

Не остались в стороне и представители казачьего Националистического движения. Так, 8 июня 1948 года в городе Мюнхене был созван первый послевоенный съезд «Казачьего национального движения» (КНД). И хотя «Верховным атаманом» был избран проживавший в Алжире кубанский казак И. А. Билый, фактическое руководство Казачьим национальным движением оказалось в руках находившихся в то время в Германии донских казаков В. Г. Глазкова (президент исполкома КНД) и И. И. Безуглова – старшего (генеральный секретарь исполнительного бюро КНД) [6]. В последующие годы Казачье национальное движение, руководящий центр которого оставался в Западной Германии, претерпел ряд расколов и реорганизаций. Так, на состоявшемся в Мюнхене в 1952 года Верховном круге Казачьего национального движения атаманом был избран приписной казак Кубанского казачьего войска – С. Н. Макеев. Избрание Верховным атаманом не родового казака спровоцировало раскол в национальном движении и в связи с этим уход группы И. А. Билого, В. Г. Глазкова, И. И. Безуглова.

 

К концу 50-х годов состоялся переезд основных лидеров Казачьего национального движения в Соединенные Штаты Америки. С 1962 года Верховным атаманом Казачьего национального движения и председателем Верховного казачьего представительства становиться В. Г. Глазков. В 1972 году на очередном Верховном круге Казачье национальное движение переименовывается в «Казачье национальное освободительное движение» (КНОД). На этом же круге происходит вхождение в движение групп И. А. Билого. Печатным органом реорганизованного движения становится журнал «Казакия», редактором которого долгое время был П. С. Поляков.

 

На базе Казачьего национально освободительного движения в 1983 году был образован «Американский казачий комитет» председателем которого стал Верховный атаман В. Г. Глазков. После смерти в 1987 году Верховного атамана В. Г. Глазкова национальное движение возглавил И. И. Безуглов-младший. С этого времени год от года деятельность организации стала сводиться на нет, и в 1999 году И. И. Безуглов-младший объявил об упразднении Казачьего национально-освободительного движения.

 

В 1948 году при поддержке американских властей в западных зонах оккупации Германии и Австрии был учрежден «Союз Андреевского флага» (САФ), в деятельности которого принимали участие и группы казаков, а руководящие посты в нем на протяжение 40-50-х годов занимал донской казак В. С. Свидерский.

 

В состав Союза Андреевского флага в 1948-1949 годах входило учрежденное в 1948 году в лагере Шляйсгайм «Всеэмигрантское антикоммунистическое зарубежное объединение» (ВАЗО) во главе с чудом избежавшим репатриации в СССР донским казаком генералом И. Н. Кононовым. Однако политический опыт Кононова в эмиграции оказался неудачным. Самые значительные власовские организации (Союз Борьбы за Освобождение Народов России и Союз Воинов Освободительного движения) и старые казачьи организации отказались принимать его в свои ряды. Попытка И. Н. Кононова создать собственную организацию ВАЗО, также провалилась в связи с переездом его в Австралию в конце 40-х годов [7].

 

В конце 40-х – 60-е годы в ФРГ было учреждено до 20 различных общеказачьих хуторов и станиц, в частности, «Донская Баварская станица» с центром в городе Мюнхене (атаманы – С. В. Пухляков, а затем П. М. Брыкалин), а также ряд союзов и других объединений, в том числе возглавлявшихся донскими казаками: войсковым старшиной С. С. Аксеновым, генералом С. М. Зотовым, войсковым старшиной С. С. Акимовым, полковником П. М. Духопельниковым, Д. Т. Елисеевым, П. Г. Гуровым, К. Авиловым, С. Макаровым и другими [8].

 

Последним крупным казачьим объединение возникшем на территории Германии стал «Казачий Союз в ФРГ» образованный 16 октября 1976 года в городе Мюнхене. Его председателем был избран П. С. Поляков, заместителем Н. Я Илюшин, казначеем В. А. Бажанов, секретарем И. А. Сальников, членами правления И. В. Свищь и М. Ф. Назаров.

 

Примечания

1. Гончаренко О. Г. Изгнанная армия. Полвека военной эмиграции. 1920-1970 гг. – М., 2012.

2. Бетелл Н. Последняя тайна. — М.: Новости, 1992.

3. Александров К. М. Из истории послевоенной эмиграции // Посев. № 7, 2001.

4.. Гранитов В. В. 50-летие Союза чинов Русского Корпуса. // «Наши Вести», № 441 (2742), декабрь, 1995.

5. Стрелянов-Калабухов П. Н. ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. Дивизион Собственного Е. И.В. Конвоя после 1917 года, в Русском Корпусе и эмиграции. / Галушкин Н. В. Собственный Его Императорского Величества Конвой. — М., 2004.

6. «Наши Вести», № 439 (2740), июнь, 1995.

7. Александров К. Трагедия донского казака Ивана Кононова. // «Станица», № 2 (35), март, 2001.

8. Казачий Дон: Пять веков воинской славы. – М., 2010.

  

Казачье зарубежье в послевоенное время. Часть 2
История казачества
 

27 сентября 1947 года во Франции в городе Париже организационное собрание казаков приняло решение о возобновлении деятельности «Казачьего союза», который объединил и возглавил достаточно многочисленные в 50-70-е годы различные казачьи организации, как во Франции, так и в ряде других западноевропейских стран, в некоторых регионах Северной Африки, а также в ряде государств Азии и Южной Америки.

 

Первым послевоенным председателем Центрального правления Казачьего союза был донской казак, доктор И. С. Чекунов. Его на длительный период сменил Н. Н. Туроверов[1].

После Второй мировой войны во Франции, как и в других странах Западной Европы, начался процесс возрождения старых и учреждения новых общеказачьих войсковых организаций, в том числе около 50 казачьих групп, хуторов и станиц.

В 1948 году был возрожден «Союз казаков-комбатантов», во главе которого встал возглавлявший почти 20 лет Объединение Атаманского военного училища донской казак Н. Г. Зубов. Действовала также Федерация казаков-комбатантов имени атамана Назарова[1].

В послевоенные годы возобновили свою деятельность Объединение лейб-гвардии Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича полка, которое многие годы возглавлял Н. Н. Туроверов, и Объединение лейб-гвардии Казачьего Его Императорского Величества полка долгое время председателем которого был князь В. П. Трубецкой. По сей день наследники этого объединения бережно сберегают в местечке Курбевуа под Парижем свой уникальный полковой музей и архив. Расположен музей и архив в специальном здании, приобретенном объединением этого полка. В гостеприимных стенах музея до сих пор происходят собрания и празднования русской военной эмиграции во Франции.

 

Следует отметить, что, помимо Казачьего союза и входивших в его состав многочисленных хуторов, станиц и других казачьих объединений, в послевоенные десятилетия во Франции существовали и другие, в частности, хутора и станицы вольноказачьей ориентации и объединявший их округ Казачьего Национально-освободительного движения под руководством донского казака Т. А. Медкова.

 

В 1952 году в столице Франции городе Париже был учрежден Казачий национальный центр с отделениями, во главе которого стал донской казак И. Хрипушин. Функционировал центр на протяжении двух десятилетий до конца 60-х годов[1].

Потомственные родовые казаки возглавляли и ряд общероссийских организаций. Так, Союз участников 1-го Кубанского «Ледяного» похода во Франции длительное время возглавлял донской казак, генерал-лейтенант П. К. Писарев; многие годы заместителем председателя, а затем председателем Главного правления Зарубежного союза русских военных инвалидов был донской казак, генерал-майор С. Д. Позднышев, являвшийся в 50-е годы и председателем Общества ревнителей памяти императора Николая II.

В 50-е годы при информационной поддержке издававшегося в городе Париже донским казаком И. П. Будановым «Казачьего исторического сборника» в ряде мест группового проживания казаков, в некоторых странах Западной Европы возникли неформальные кружки «Друзей изучения казачьей истории»[2].

Под влиянием начавшегося в России процесса возрождения славного своим героическим прошлым российского казачества во Франции в конце 90-х годов XX столетия воссоздан, но уже далеко не в прежнем численном составе и не в былом масштабе деятельности Казачий союз во главе с донским казаком, генералом французской военной службы В. М. Кузнецовым.

 

В далекой Австралии первые группы казаков с Дальнего Востока и Сибири появились еще в конце 20-х годов. Сразу же после окончания Второй Мировой войны группы казаков стали прибывать в Австралию из Китая в котором стал активно устанавливаться социалистический строй, а также из ряда европейских государств. И естественно, начался процесс объединения в хутора, станицы и другие организации. Идея создания «Общеказачьей станицы» появилась уже в конце 40-х годов, когда в Австралию перебралась масса казаков из Шанхая. Организационное собрание было созвано в Сиднее в Русском доме 8 сентября 1950 года. Эту дату считают началом основания Сводно-казачьей станицы в Новом Южном Уэльсе.

 

В апреле 1972 года в Австралии было создано «Кубанское Войсковое объединение в Австралии и Новой Зеландии». Его атаманом был избран кубанский казак П. А. Курко.

24 марта 1974 года был учрежден Общеказачий союз в Австралии и Новой Зеландии.

 

После трагических событий в мае-июне 1945 года в Тирольских Альпах и предательской выдачи англичанами десятков тысяч казаков на расправу в СССР в западной оккупационной зоне Австрии оставалось на жительство до одной тысячи казаков, большая часть которых объединилась в хутора и станицы в конце 40-х – 60-е годы. Из их числа на сегодняшний момент осталась лишь одна немногочисленная Общеказачья станица в городе Клагенфурте[1].

 

В наши дни в городе Монреале функционирует учрежденная еще в 1948 году Сводная казачья станица донских и кубанских казаков, атаманом которой долгие годы является донской казак В. О. Болдырев.

В силу ряда причин Великобритания ни в предвоенные годы, ни в послевоенные десятилетия не стала местом достаточно значительной концентрации казаков-эмигрантов. Но и в ней в 40-60-е годы были учреждены более десятка казачьих объединений, ставших дважды, в 1949 и 1952 годах, базой для создания сводного Общеказачьего округа.

 

В Бельгии в 50-е годы проживавшие небольшими группами в разных районах страны казаки объединились в Общеказачью станицу, которую в разное время возглавляли генерал-майор В. И. Иловайский, войсковой старшина В. В. Кузнецов и А. М. Косоротов.

В конце 40-х – 50-е годы немало казаков в основном из ряда стран Восточной Европы, западных зон оккупации Германии и Австрии, а также из Франции переселились на жительство в ряд стран Южной Америки.

19 декабря 1948 года на учредительном собрании в городе Буэнос-Айресе в Аргентине был создан Казачий союз, атаманом которого был избран сотник В. В. Обухов, его помощником – переехавший из Германии, бывший председатель Донского войскового круга В. А. Харламов. В состав Казачьего союза Аргентины входило Донское войсковое объединение; был учрежден ряд хуторов и станиц[1].

 

В 1949 году в Чили была учреждена Общеказачья станица, в состав которой входили донские, кубанские, терские, астраханские и уральские казаки. В 50-е годы в чилийской столице существовала еще одна сводная казачья станица, возглавляя которую многие годы генерал Е. И. Балабин.

До десятка казачьих хуторов и станиц существовало в 50-60-е годы в Бразилии. Общеказачья станица, возглавляемая донским казаком П. М. Пучковым, существовала в 50-60-е годы и в Уругвае[6].

 

В послевоенные десятилетия в Южной Америке существовали также казачьи группы в Гватемале, в Венесуэле в городе Каракасе, и в Перу в городе Лиме.

 

В 1953 году Сводная казачья станица, объединявшая казаков с Дона, Кубани и Тереке, живших в городе Асуньсионе и его окрестностях, была учреждена в Парагвае. В 50-е годы организованная казачья группа существовала и в парагвайском местечке Мирандо.

В 50-60-е годы всевозможные казачьи объединения, хутора и станицы существовали в Марокко в городе Касабланка, в Абиссинии в городе Аддис-Абаба, в Алжире, в городе Триесте в Италии, станицы в городах Дамаске в Сирии и Тегеране в Иране, подотдел Казачьего союза в столице Ирана городе Багдаде.

19 октября 1969 года 40-летие своего существования отметила Афинская сводная казачья станица в Греции. Достаточно долго существовала и казачья группа в греческом городе Агринсон.

В послевоенное десятилетие самым крупным центром сосредоточения казачьей эмиграции становятся Соединенные Штаты Америки. Одной из первых казачьих объединений появившихся на территории Соединенных Штатов стала Общеказачья станица в штате Нью-Джерси Фармингдейл. По своему численному составу станица являлась одной из самых значительных казачьих организаций зарубежья. Станица, в сравнительно короткий срок, получила от штата легальное право на свое существование, а также получило право на сбор благотворительных средств и право покупать и продавать имущество[9]. Через полтора года после своего образования в октябре 1946 года станица выпустила свой собственный литературно-исторический журнал получивший название «Общеказачий журнал».

 

В конце 40-х годов росту переселения казаков из европейских государств в Соединенные Штаты Америки содействовало принятие билля о допуске в 1948-1950 годах в страну «205 000 бездомных европейцев и политических беженцев»[1].

Интенсификации этого процесса в США в 1947-1950 годах активно содействовали казаки 15 общеказачьих и войсковых станиц и других специально созданных в этих целях организаций. Все это закономерно вело как к росту численности рядов казачьих организаций, так и к появлению регистрировавшихся американскими властями все новых и новых казачьих станиц и других казачьих объединений, возглавлявшихся С. Г. Елантонцевым, Н. Е. Корольковым, Г. Первухиным, Н. Ф. Дудкиным, Ю. М. Косовым, А. П. Поповым и рядом других.

25 января 1947 года в городе Лейквуде штата Нью-Джерси состоялся Общеказачий съезд в котором приняли участие 63 делегата. На съезде были подняты два вопроса об организации Общеказачьего Центра, и о помощи казакам-эмигрантам в Европе и на Дальнем Востоке. Съезд избрал правление Общеказачьего Центра, а также председателя, которым был избран донской казак С. Г.. Елатонцев. Таким образом, основная цель съезда была достигнута: Общеказачий Центр был образован, так же был принят временный Устав Центра. В пояснительной записке к уставу говорилось, что: «… Основная цель создаваемого Устава Общеказачьего Центра – это установить тесную связь казаков-эмигрантов между собою, ныне рассеянных по разным странам и государствам земного шара и разделивших друг от друга, — брат от брата, — зачастую на десятки тысяч миль, — объединить их в деле взаимопомощи, информировать точно о событиях и возможностях лучшего устроения своей горькой эмигрантской жизни»[3].

 

Через год 6-7 ноября 1948 года в казачьем доме города Фармингдейла штата Нью-Джерси прошел второй съезд Общеказачьего Центра в США. Во вступительном слове председатель съезда С. Г. Елатонцев рассказал об организации помощи казакам, бедствующим в разоренной Европе. Были зачитаны приветствия съезду от казаков, поступившие из трех десятков стран.

 

С основным докладом на съезде выступил вице председатель Центра П. Гульдиев, который рассказал как возник центр и почему он необходим казачеству. Общеказачий центр от имени казачьих объединений в Европе и Азии вел переговоры с международными организациями о возможном переселении казаков в избранные ими для жительства страны. Со многими организациями и министерствами были достигнуты соглашения, в которых предусматривалась помощь казакам. Так, большая группа казаков во главе с генералом В. Г. Науменко собиралась отправиться в Парагвай, где все было подготовлено для приема 10 тысяч переселенцев, однако по разным причинам этот переезд не состоялся.

 

В то же время казаки организовали свои станицы в Аргентине-Венесуэле и установили связь с центром. Большая группа казаков готовилась для отправки в Канаду. На этом съезде был принят ряд решений, в том числе: оставить в силе временный Устав Казачьего Центра; обратиться ко всем казачьим организациям за границей с предложением сообщить, что они думают о современных формах объединения казачества в эмиграции; создать Бюро труда для приезжающих казаков; проводить Войсковой казачий праздник 15 октября в Казачьем доме в штате Нью-Джерси; увековечить память казаков погибших в июне 1945 года в Лиенце[4]. Съезд подтвердил полномочия Правления Центра.

 

Первоначальное правле­ние Центра состояло из двадцати делегатов, которые выделяли из своей среды Исполнительное Бюро с нес­колькими отделами:

1) отдел прессы – «Общеказачий жур­нал» с ответственным редактором С. Г. Елатонцевым;

2) отдел помощи Казакам в Европе и в Америке с адресным столом и общежитиями для прибывающих в двух домах Центра, приобретенных им около Лейквуда в штате Нью-Джерси;

3) отдел организации фер­мерского поселка «Новая Кубань»;

4) отдел семинаров и дискуссий;

5) отдел библиотеки и архива, где было собрано много ценных книг, актов и других исторических документов, а особенно ма­териалов для эпохи Казачьей борьбы в гг. 1917-1920;

6) от­дел кооперации, страхования и кладбищ;

7) отдел связи с американскими организация­ми, с общественными деяте­лями, благодаря помощи ко­торых долголетний председатель Центра С. Г. Елатонцев приобрел материальную поддержку для организации и для ее журнала, а также развил дело помощи Каза­кам в переселение их в США.

В 1952 году Общеказачий Центр имел два больших собственных дома в штате Нью-Джерси и располагал оборотным капи­талом в 10 тыс. долларов[5].

В 1952 году в «Общеказачьем журнале» была опубликована справка о казачьих организациях за границей, с которыми Центр имел тесные связи. Так, согласно справочника казачьи организации находились: в США, Канаде, Франции, Германии, Англии, Чили, Парагвае, Бразилии, Гватемале, Венесуэле, Перу, Аргентине, Австралии, Эфиопии, Марокко, Греции и Италии.

 

Кроме того, казачьи организации действовали в Доминиканской Республике, Иране, Ираке, Индии, Израиле, Испании, Китае, Малазии, Португалии, Турции, Филиппинах, Швейцарии, Швеции, Японии и других странах[6].

В 1953 году вследствие болезни С. Г. Елатонцева, председателем Общеказачьего Центра был избран терский казак П. Д. Гульдиев, ко­торый, однако, вскоре пере­дал этот пост полковнику В.В. Черешневу. В следую­щем году прекратилось из­дание «Общеказачьего журнала».

С целью удовлетворения духовных потребностей и для оказания помощи нуждающимся Центром в штате Нью-Джерси был основан православный монастырь.

 

Общеказачий Центр формально про­должал существовать, но ог­раничился весьма незначи­тельной деятельностью. От 1965 г. состоит в близком контакте с новообразовавшимся Казачьим Националь­ным Представительством за Рубежем[5].

В 1957 году в США в городе Нью-Йорке было создано Объединение бывших воспитанниц Донского Мариинского института за рубежом с целью оказания помощи нуждающимся подругам и персоналу[7]. В первые годы своей работы Объединение устраивало ежегодный бал и чаепития, собирательно названные «Чашкой чая», однако уже к 1970-м годам прошлого века, за неимением достаточных средств, оставшиеся участницы объединения ограничивались ежегодными сборами на традиционные «пельмени», куда приглашались бывшие воспитанницы, приезжавшие из различных стран мира на встречу. Просуществовало объединение вплоть до 80-х годов[8].

 

До недавнего времени в Соединенных Штатах Америки продолжал существовать, заметно поредевший, Тройственный Союз Дона, Кубани и Терека, образованный 5 декабря 1952 года как Объединенный Совет Дона, Кубани и Астрахани. Первоначально в состав Совета входили атаман Всевеликого войска Донского И. А. Поляков, атаман Кубанского казачьего войска В. Г. Науменко и заместитель атамана Астраханского казачьего войска Б. Д. Самсонов.

 

13 августа 1955 года Совет был преобразован в Объединенный Совет Казачьих Войск. В его состав вошли атаман Всевеликого войска Донского И. А. Поляков, атаман Кубанского казачьего войска В. Г. Науменко, представитель Оренбуржкого казачьего войска Н. М. Рябухин, представитель Забайкальского казачьего войска Н. И. Мамонтов и представитель Енисейского казачьего войска Г. К. Бологов.

 

В 1978 году произошла очередная реорганизация Общевойсковых казачьих объединений в Тройственный союз Дона, Кубани и Терека. На первых порах в его состав вошли Всевеликого войска Донского Н. В. Федоров, атаман Терского казачьего войска К. И. Щербаков, представители от кубанских казаков – А. Д. Шиленок (Объединение кубанских казаков в Америке), В. Д. Гречко (Союз кубанских казаков в эмиграции) и Г. И. Косенко (Кубанская казачья компания). После кончины последнего атамана Терского казачьего войска Н. Н. Протопопова в 1998 году объединение было преобразовано в Союз Дона и Кубани, а после ухода из жизни председателя Союза атамана Всевеликого войска Донского Н. В. Федорова в 2003 году Союз прекратил свое существование.

В настоящее время в США продолжает функционировать, хотя, естественно, и значительно поредевший Казачий союз в штате Калифорния, небольшие группы казаков военной эмиграции в ряде городов и других населенных пунктов США. В штате Нью-Джерси в поселке Ховелл до сих пор действует музей Кубанского казачьего войска, экспонаты которого кубанцам удалось вывести за рубеж и сохранить. Распад Советского Союза и вслед за ней последовавшая волна новой эмиграции способствовала тому, что с конца прошлого – начала нынешнего столетия в «оплоте демократии» стали появляться претенциозношумливые группки приехавших в Соединенные Штаты и объявившие себя «Верховными» и иными «атаманами», выходцы из России и ряда других бывших республик СССР.

 

На настоящий момент от подавляющего большинства созданных в предвоенные и послевоенные годы казачьих групп, объединений, хуторов и станиц, разбросанных в XX столетии по разным странам и континентам, зачастую не осталось и следов.

 

Примечания

1. Казачий Дон: Пять веков воинской славы. – М., 2010.

2. «Общеказачий журнал». № 1, октябрь, 1946.

3. «Общеказачий журнал». № 2, апрель, 1947.

4. Летопись Кубанского казачьего войска: 1696-2006. /Под ред. Проф. В. Н. Ратушняк. – Краснодар, 2006.

5. Казачий словарь справочник. Составитель словаря Г. В. Губарев. Редактор-издатель А. И. Скрылов. Т. 2. – Сан Ансельмо, Калифорния, США, 1968.

6. «Общеказачий журнал». № 13, январь, 1952.

7.Гончаренко О. Г. Изгнанная армия. Полвека военной эмиграции. 1920-1970 гг. – М., 2012.

8. Мариинский Донской институт. — Нью-Йорк: издание Объединения бывших воспитанниц МДИ зарубежом.1975. С.19.